Меня разбудил оглушающий звон, моментально заполонивший собой все мироздание.
От неожиданности я вскочила и тут же испуганно начала осматривать комнату, чтобы найти источник шума. Им оказались звенящие на полу противоположного угла комнаты часы-будильник. Пока я очухалась, поднялась и подошла к будильнику, вся изначальная кажущаяся громогласность этого звука стала восприниматься тем, чем было на самом деле: вялым кряхтением маленького неумело собранного механизма. Чем-то мы с ним были похожи.
Поспала ли я хоть сколько-то, или просто пролежала всю ночь с закрытыми глазами – ответить было сложно. После нескольких попыток я все же выключила будильник, попутно обнаружив рядом с ним теплый сверток. Внутри оказались три пирожка с картофельной начинкой – моей любимой.
Нетрудно было догадаться, что будильник с пирожками были делом рук Отсчет, но почему она вдруг решила проявить такое внимание? Никто из нас до этого не пользовался будильниками, за парой исключений в начале моей учебы. Мы почти не общались либо из-за отсутствия соседки, либо из-за ее нетрезвого состояния. И откуда она узнала о моей любви к картофельным пирогам, если никогда этого не упоминала? Решив не забивать себе голову с утра пораньше ненужными вопросами, я съела все три пирожка одним махом, попутно думая о сегодняшнем дне. Предстояло посетить собрание, на котором будут обсуждать итоги и индивидуальные результаты вчерашней охоты.
Посмотрев на часы, я примерно прикинула, сколько времени мне понадобится, чтобы успеть сделать все свои дела и не опоздать. Проманеврировав в ужасном бардаке из пустых бутылок, часов и самых разных вещей , я направилась в душ, располагающийся в прихожей перед нашей комнатой. Самой Отсчет нигде не было видно, что, впрочем, ничуть не удивляло.
— Теплая вода, — произнесла я, зайдя внутрь кабинки из белого камня. Опомнившись, добавила: — пожалуйста.
Тут же из небольших отверстий в потолке на меня, как из лейки, полились приятные струи воды. Они стекали равномерно стекала по моему телу и вчерашним ранам. После вчерашней обработки исцеляющими зельями они полностью затянулись, и кожа на тех местах выглядела как новенькая, только более светлого цвета. Достигая дна кабинки, вода становилась мутной от смываемой грязи, и я почувствовала отвращение из-за того, что вчера легла в таком состоянии в чистую кровать и изгваздала ее. Отвращение сменилось злостью и подавленностью при воспоминании о прошлой ночи. Тело все еще ныло.
Тщательно вымывшись, я вылезла из душа, попутно вежливо попросив отключить воду, насухо вытерлась и направилась обратно к себе.
— Сушку волос, пожалуйста.
Из стены вылетели кусочки белого камня, собрав небольшой пропеллер с четыремя лопастями, который незамедлительно начал быстро крутиться вокруг своей оси и, более медленно, вокруг моей головы, обдувая мокрые волосы. По достижении нужного результата он остановился и вновь разложился на составные части, которые улетели на свое место. Я в это время нашла расческу и подошла к высокому зеркалу, располагающемуся на одной из дверей шкафа.
Из зеркала на меня покрасневшими бессонными глазами смотрела невысокая девушка 16-ти лет. Кожа ее была на полутон загорелее обычного, за исключением выросших вчера светлых участков на правом плече и запястьях. Коричневатые доходящие до плеч волосы были бы прямые, если бы не распушились от только что произошедшей сушки. Я вместе с ней принялась их расчесывать, чтобы придать надлежащий вид. Не то, чтобы это сильно помогло – девушка никогда не считала себя особо красивой: у нее уже давно немного торчал низ живота, рот ее принимал кривую улыбку, да и в принципе различные части тела казались ей не такими, какими должны быть. В последнее время в придачу к этим недостаткам прибавились темные мешки под глазами. Как бы девушка не старалась их скрыть, ее усилий всегда казалось недостаточно.
Кинув взгляд на часы, я произвела последние несколько проходов расческой и, увидев в зеркале, что я не достигла желаемого результата, отложила расческу. Время уже начинало немного поджимать. Я поспешно вытащила из шкафа и стала надевать свежий комплект академической формы, состоящий из рубашки без рукавов, чулок, длинной юбки до середины голени, треугольной шляпы и плаща. Все они были в синих тонах с вкраплениями желтых элементов. Слой окаменевшей гоблинской крови на валявшихся по полу бронзовых браслетах откололся после вчерашнего столкновения со стеной, поэтому мне не составило труда очистить их и нацепить на руки.
Закончив одеваться, я в последний раз посмотрела на часы, затем в зеркало, немного поправила некрасиво торчащую ткань на одежде и поспешила из комнаты. На полпути я развернулась, закинула в рюкзак тетрадь, карандаши и учебник по математике. Сегодня ведь математика, да? Пнув вчерашнюю одежду под кровать (разберусь с ней в другой раз), я повторно направилась к выходу.
— Путь к сегодняшнему собранию, пожалуйста, — произнесла я уже в коридоре.
Академия Фольтрас была поистине удивительным местом, подобного которому нет нигде в мире. Пока весь остальной мир жил в деревянных домах или в замках, которые было необходимо строить вручную непосильным трудом, поддерживать в надлежащем состоянии, обслуживать, менять совещение и все в этом духе, в Фольтрасе все происходило само по себе. Пока все остальные использовали факела или лучины, в Фольтрасе каждый закоулок был оборудован лампами нового, более яркого типа – электрического. Само белокаменное здание будто было бы живым организмом, оно постоянно перестраивалось и изменялось согласно нуждам жителей академии. Разумеется, учащиеся быстро привыкали к подобным благам жизни и спокойно пользовались роскошью, которая и не снилась даже королям.
Хоть я отучилась здесь почти месяц, меня все еще поражало, как мои слова приводят тяжелый неподвижный камень в движение. После моей просьбы передо мной из потолка и стен начали выдвигаться стрелки, показывающие мне самый оптимальную дорогу до нужного места. В некоторых местах раздвигались стены, опускались потолки, формировались лестницы, срезая путь и образовывая для меня индивидуальные проходы. После прохождения через очередную открывшуюся стену, я оказалась в главном зале Фольтраса. Это было высокое, в несколько этажей, круглое помещение с красивой архитектурой, освещенное не только электролампами, но и солнечным светом, проходящим через огромный стеклянный купол, заменяющий потолок. Всюду в разных направлениях суетливо летели куда-то спешащие студенты всех возрастов, а для учащихся со специфичными условиями полета или в принципе неспособных летать типа меня постоянно перестраивались в разных комбинациях крупные лестничные проемы.
Я преодолела череду материализовывающихся передо мной мостов и лестниц, пока не пришла к нужному месту. Вдохнув полной грудью для уверенности, я надавила на двери и вошла внутрь. Зал для собраний был больших размеров, хоть и не таких внушительных, как главный. Он был прямоугольной формы с приподнятой сценой для выступлений на другом конце. На сцене за расположенными полукругом столами молчаливо восседали преподаватели, в самой середине – древний директор академии Антракт. От дверей до сцены через весь зал пролегало четыре длинных стола с индивидуальными эмблемами, по одному на каждый из факультетов.
Справа находился стол манипуляторов живой ткани. Их эмблема представляла собой круг, в центре которого располагался вертикально разделенный объект: наполовину зеленый желудь, наполовину красное сердце. Из желудевой половины вырастали такие же зеленые, стилизованные ветви с листьями, а из сердца – анатомически правильные кровеносные сосуды. И ветки, и сосуды заполняли собой все пространство эмблемы и, переплетаясь по периметру, создавали круглую полосатую рамку.
Стол тканевиков, если они так назывались, был почти пуст – всего пара моих одногодок в зелено-красной форме и два надзирателя с уже готовыми костюмами, которых я вчера видела. Одним из них был Подорожник, манипулятор крови, который в данный момент что-то рассказывал своим товарищам.
Стол левее предназначался для жаровиков – манипуляторов температурой. Их эмблема выглядела как светло-голубая снежинка, которую по кругу обрамляли желто-оранжевые языки пламени, символизирующие солнце. Народа здесь было человек десять, четверо из них – надзиратели.
Затем шел самый населенный стол, принадлежащий каменщикам – манипуляторам различной твердой, жидкой и, в редких случаях, газообразной материи. Круг эмблемы был поделен на три сегмента, изображающие перетекающие друг в друга агрегатные состояния. Основные цвета эмблемы и одежды – различные оттенки серого, но тут и там встречались яркие элементы всех возможных цветов, символизирующие разнообразие каменных пород. Все двадцать с лишним человек столпились вокруг троих – Избранного, Количества/Качества и Знания-Силы, внимательно слушая, что говорила последняя.
Последний, самый левый стол, был предназначен для манипуляторов металлами и электричеством. На темно-синем фоне эмблемы в наковальню била ярко-желтая молния. Так нас и называли: те, у кого больше контроля над металлом – наковальники, а те, у кого больше контроля над электричеством – молненосцами. Я не годилась полноценно ни в одну из этих категорий, но все же направилась в сторону стола. Как и у жаровиков, здесь было человек десять, среди которых мои одногруппники и надзиратели. От меня не скрылось то, какие взгляды на меня бросили Причал и Гром-Птица. Присев в сторонке от остальных, я нетерпеливо ожидала начала собрания.
В какой-то момент Антракт поднял руку, призвав весь зал замолкнуть и повернуться в его сторону.
— Уважаемые ученики и ученицы Фольтраса, — начал пожилой директор, — вчера каждый из вас впервые вышел за пределы Академии не просто в качестве человека, познающего азы волшебства. Именно вчера вы впервые применили свою магию в полевых условиях. Именно вчера вы впервые столкнулись с населяющими наш мир опасностями не как жертвы, но как охотники. Именно вчера вы увидели настоящую, хоть и пока что малую часть того, с чем вам предстоит связать свою дальнейшую жизнь. Не все носители волшебства равны между собой по силе – скорее даже наоборот, — глубокомысленно протянул Антракт, не смотря ни на кого конкретного.
Тем не менее, я почувствовала нависшее надо мной давление.
— Но не в грубых разрушениях таится истинная сила, о нет. Настоящая сила заключается в том, как вы будете ее использовать, в каких ситуациях вы сможете ее применить наиболее эффективно. Одна из задач нашей Академии – найти в каждом из вас ту самую нишу и помочь вам раскрыть свой потенциал, чтобы в будущем вы смогли служить во благо нашего королевства и всех нуждающихся в защите жителях. Вчерашнее испытание было лишь простой проверкой ваших самых базовых навыков. Скажу честно, нам еще не доводилось проводить первую охоту так рано – прошел всего месяц с начала вашего обучения, и для многих из вас это был слишком маленький срок, чтобы освоиться с полученными вами способностями.
Тон Антракта постепенно стал тяжелее, придав еще большую тяжесть нависшей далее паузе. Он перевел взгляд через затаившую дыхание аудиторию.
— Все вы наверняка слышали о том, что сейчас в Фольтрасе стоит напряженная обстановка – один из самых могущественных наших учеников, называемый Бессердечным, перешел на сторону зла. Мы с большим трудом смогли отразить его прежнее нападение. Немалую роль в этом сыграл находящийся в этом зале Избранный.
Все ученики перевели взгляд на мальчика со стрелой в голове и направленным в никуда пустым взглядом. Сидящая рядом с ним Знание-Сила обхватила его в подмышках и аккуратно начала приподнимать его, пока он не перешел в стоячее положение, после чего села обратно, продолжая придерживать его за талию.
— Избранный был последним человеком, видевшим Бессердечного. Прискорбно сообщить, что он был и единственным выжившим в бойне, устроенной злодеем. К сожалению, мы не смогли ничего выяснить у Избранного из-за плачевного состояния, в котором его оставили: его разум был безвозвратно поврежден стрелой, которую мы не смеем рисковать вытаскивать во избежание еще большего ущерба, который не восстановить никакими зельями. Всем нам необходимо беречь мальчика и уважительно относиться к нему, так как он пожертвовал собой, чтобы остановить Бессердечного.
Повисла еще одна, более тяжелая пауза. Спустя полминуты Знание-Сила осторожно потянула не двигающегося все это время парня обратно на сидение.
— Именно в связи с этой непростой обстановкой мы решили ускорить темп вашего обучения, чтобы вы были подготовлены к битве, которая может случиться в любой момент. Но не стоит унывать, — директор постепенно перешел на менее серьезный голос, — мы верим, что это произойдет еще нескоро. Всем нам стоит быть начеку, но это же не означает, что мы должны забыть о простых радостях жизни, верно? – последние слова он произнес с заметно более энергичной, доброй интонацией.
— Как вам всем известно, в Фольтрасе используется балльная система: каждое ваше достижение, каждый ваш поступок и решение оценивается и вознаграждается получением баллов. Баллы влияют на многие вещи, но в первую очередь на доступные ученику или ученице индивидуальные услуги или продукты, и на крупные вознаграждения. Зарабатывая баллы для себя, вы также зарабатываете их для своего факульета, приближая ему победу в академическом состязании, проводящемся каждый семестр. Напоминаю, что в этом семестре главный приз – посещение факультетом-победителем Авлиня – крупнейшего цирка, который совсем скоро будет проезжать через наше королевство.
Глаза учащихся жадно загорелись, будто бы все совсем забыли об Избранном и Бессердечном. Неудивительно, ведь Цирк Авлиня имел всемирную известность и вызывал у людей трепет одними только рассказами об умопомрачительных выступлениях, трюках, необычных животных, аттракционах и многом другом. Для простого человека посещение Авлиня было недостижимой мечтой, так как цены там были попросту неподъемными.
— А теперь, давайте же выслушаем итоги вашей первой охоты! Надзиратели приглашаются на сцену, чтобы рассказать об основных моментах, произошедших во вчерашнюю ночь.
Надзиратели всех факультетов покорно покинули свои места и направились на сцену, сформировав один длинный ряд. Облаченная в свои прожекторные латы, Путеводная Звезда стояла первой и, увидев знак руками со стороны Антракта, начала говорить:
— Я, Путеводная Звезда, не имела в своем распоряжении первокурсников, за которыми должна была наблюдать. Моя задача вчера заключалась в отслеживании, подаче сигналов и обеспечении необходимым освещением основной части поля боя, располагавшегося в центре поселка городского типа Нижних Камней. Мое присутствие позволило студентам проявить себя в более честных условиях, в частности помогло Избранному и его соратникам сразить двух огров. Я считаю, что хорошо справилась со своей задачей. Имеются ли возражения?
— Возражений не имеется! – хором ответили остальные надзиратели.
— Я, Гром-Птица, вместе со своим напарником Причалом имела в распоряжении первокурсницу без прозвища, талант которой включает в себя дистанционный призыв электрических разрядов и слабый телекинез над медью, оловом, бронзой. Также стоит отметить небольшую вместимость электрического резерва. Несмотря на слабые исходные показатели, ученица во время охоты проявила смелость и целеустремленность, в результате пережив стычку с обратившимся гоблином при помощи надзирателей, в частности Подорожника, который прижег ей оставленные раны, а затем скоординировавшись с Количеством/Качеством, позволила последнему уничтожить кобольда. Для ученицы рекомендуем сделать упор над физическим развитием, работой со своим талантом и в ближайшее время взять себе прозвище. Мы считаем, что недостаточно хорошо справились со своей задачей, так как в результате нашей помощи начался небольшой пожар, который был оперативно устранен факультетом тепла и холода. Имеются ли возражения?
— Возражений не имеется! – был ответ.
Такая похвала была совершенно неожиданной для меня. И, хоть Гром-Птица и умолчала о подробностях инцидента с кобольдом, ее слова частично сняли с моих плеч накопившийся за последние сутки груз. Я все еще была бесполезной волшебницей без какой-либо перспективы, но я хотя бы услышала приятные слова касательно моих поступков.
Одни за другим вчерашние надзиратели рассказывали о моих сверстниках: кто-то был успешнее, кто-то – не очень. Лишь у парочки из них было сформировано прозвище, по которому их могли назвать окружающие. Речь надзирателей подчинялась определенной использующей схожие формулировки структуре, позволяя себе быть краткой и по делу. Когда последний надзиратель закончил без возражений, все они покинули сцену, посреди которой теперь стоял Антракт.
— Я, Антракт, имел в своем распоряжении трех учащихся Факультета Земли и Почвы: Избранного, Знание-Силу и Количество/Качество. Талант последнего включает в себя мощный телекинез над песком и, соответственно, стеклом. Касательно талантов первых двух… ввиду их особенностей было принято решение объединить всех троих в одну группу, что нарушило принципы первой охоты, которая обычно используется именно в качестве индивидуального испытания учащихся. Спешу сообщить, что это далеко не первый случай, и практика объединения студентов со своеобразными талантами существовала задолго даже до моего рождения. Прошу всех отнестись к этому с пониманием – так было лучше для всех. Я считаю, что троица успешно справилась со своей охотой и отлично проявила себя на поле сражения, справившись с такими грозными врагами, как огры.
Откуда-то из-за кулис медлительно вылетели обломки светлого камня, которые сформировали собой фигуры двух великанов, из которых они и были получены.
— Троица даже не нуждалась в моей помощи для совершения такого подвига, поэтому я могу смело заявить, что они являются самыми успешными юными охотниками прошлого вечера и заслужили наибольшее количество баллов. Имеются ли возражения!
— Возражений нет!
— Чудесно. Выслушав всех надзирателей вчера и сегодня, комиссия преподавателей вынесла свое решения касательно того, сколько баллов начислить каждому из присутствующих: полный список результатов будет висеть в коридоре напротив выхода из этого зала. Под конец нашего собрания хочу осветить дальнейшую нашу работу и дать пару советов. В скором времени будет произведена вторая охота. Когда именно, сказать не могу, так как отработанные из года в год графики сдвигаются туда-сюда из-за ситуации с Бессердечным. Могу сказать только то, что следующая охота будет кооперативной: подобно тому, как сработались Избранный, Знание-Сила и Количество/Качество, и вы должны будете сформировать группы по своему усмотрению и попробовать себя в более командном взаимодействии. Для более слаженной работы я рекомендую вам несколько вещей. Во-первых, каждый из вас до того момента должен определиться с прозвищем и костюмом. Они могут быть временными, могут уже стать постоянными, но суть в том, что вы должны упростить для окружающих процесс идентификации вас и вашего таланта, чтобы в пылу сражения никто не тратил драгоценные секунды, чтобы сработаться вместе. Из этого отчасти вытекает второй пункт: ваша команда должна работать слаженно. Очевидный момент, но не такой простой, как кажется. Советую либо найти человека, с которым легко сочетаются ваши таланты, либо найти человека, с которым легко сочетаются ваши души, чтобы вы могли чувствовать друг друга в стрессовых ситуациях. Понимаю, что поначалу будет тяжко и, быть может, даже неловко, но уверяю вас, что со временем и тренировками эти препятствия непременно преодолеются. И последнее: посещаете занятия и впитываете в себя драгоценные знания. Возражения есть?
Весь зал, включая меня, хором ответил.
Последнее место.
— Нам повезло, что над перваками сжаливаются и не отбирают у них баллы за то, что те облажались, — сказала позади меня Гром-Птица.
В самом низу большой таблице располагалась моя безымянная строчка, справа от которой стоял один жалкий один балл за тот ужас, что я вчера пережила. Расположенные надо мной студенты имели по два, по три балла. Лишь у меня был один.
— Звезда тянет на себе весь факультет, но одной ее недостаточно, чтобы у нас был хоть какой-то шанс победить в этом семестре — заметил Причал.
На самом верху списка в следующем порядке располагалось пять прозвищ: Количество/Качество с 40 баллами, Знание-Сила с 35 баллами, Избранный с 35 баллами, Путеводная Звезда с 30 баллами и Подорожник с 30 баллами. Почему каждому из троицы дали полные баллы за действия, которые они выполняли вместе? Разве баллы не должны были распределиться?
— Ладно, скоро должны начаться занятия, — нарушил тишину Причал. – Я считаю, что всем нам нужно идти.
Гром-Птица вздохнула и молчаливо удалилась вместе со своим напарником, оставив меня одну возле таблицы. Последнее место. Я запомнила, с какой ухмылкой на меня посмотрела Знание-Сила после того, как отошла от стены с результатами. Ее вчерашние слова по поводу моего прозвища лишь острее впились в меня, отчего ночные слезы вот-вот грозились вернуться на мое лицо.
— Математический класс, пожалуйста, — произнесла я шепотом, чтобы не выдать голосом, насколько мне было обидно.
Я пошла по образующемуся передо мной пути через Академию, погруженная в свои мысли, пока меня не окликнул Подорожник. Мне все еще было страшно разныться у кого-то на глазах, поэтому я молчаливо встала и не осмеливалась поднимать глаза.
— Не расстраивайся, пожалуйста, — с улыбкой произнес он, подойдя ко мне. Именно эти слова наконец прорвали мою оборону, заставив меня всхлипывать. Почему ты решил подойти именно сейчас с такой заботой?
Осознав, что происходит, он заботливо взял меня за плечи и прошептал какую-то просьбу замку, из-за чего тот сформировал вокруг нас стену от остального мира.
— Ну же, ну же, не стыдись, плакать – это естественно и ничуть не стыдно, — приобнял Подорожник меня. – Поплачь, это очень сильно тебе поможет. Да, ты облажалась, но это ведь был твой первый раз! В следующий обязательно все получится.
— Я такое ничтожество, — рыдая, взахлеб ответила я.
— Никак нет, моя дорогая. Господи, ты правда так думаешь?
— Я ни на что не способна. У меня самый бесполезный талант в мире.
Разразившись еще большим плачем, мое тело задергалось, но Подорожник прижал меня к себе еще крепче. Он не отрицал мою бесполезность, но через какое-то время все же начал говорить.
— Давай поступим так, во всем надо искать плюсы, да? Это был негативный опыт, на котором можно научиться чему-то хорошему. О чем говорили твои надзиратели на сцене? Что ты смелая и сфокусированная, с чем никак нельзя поспорить! – он отпустил меня и присел на корточки, чтобы смотреть меня прямо в глаза, которые я уже не прятала. – Также они посоветовали тебе заняться физкультурой. Ты сможешь это сделать? У нас есть тренажерный зал.
— Э-это не исправит ситуацию…
— Не узнаешь, пока не попробуешь!
— Г-говорят, что в тренажерный з-зал ходят только самые бесполезные волшебники..
— Глупцы те, кто так говорит! Это правда, что многим хватает своих способностей, поэтому тренажерку никто не посещает, но они дураки, раз пренебрегают тренировками из-за предрассудков! Ты можешь пообещать мне, что пойдешь туда?
Я промолчала.
— Пообещай мне, я ведь хочу тебе только хорошего, не веришь? Нам нужны любые волшебники в нынешнее время, независимо от силы их таланта. Обещаешь послушать меня?
Немного подумав, я кивнула. Увидев появившуюся на Подорожнике улыбку, я тоже невольно улыбнулась.
— Умница! Тебе сейчас нужно идти на уроки. Помнишь, что Антракт сказал по поводу учебы? Давай я тебе немного помогу, — он оттянул ткань своего рукава и вытер мне лицо от слез. – Прислушайся к Антракту – он очень мудрый человек. Учись, найди себе прозвище и команду. И обязательно сходи в тренажерку, поняла?
Я кивнула.
— Отлично. В таком случае, я покину тебя, так как я уже опаздываю по своим делам. Если что-то случится, то обращайся ко мне, не стесняйся, — он вновь улыбнулся и обратился к замку: — отправь ее в нужный класс, пожалуйста.
Тут же за мной в стене открылся коридор, в который я после недолгих размышлений шмыгнула. Пройдя так несколько минут и совершив небольшой подъем, я оказалась не там, где должна была. По расписанию ведь должна была быть математика, а не история? Приоткрыв дверь в класс истории, я убедилась в обратном: там сидели мои одногруппники и преподша, смотрящие на меня изучающим взглядом.
— Можно войти? – вежливо спросила я.
— Нужно! — ответила моя преподавательница Шаровая Молния.
Поспешно подойдя к своему месту и заняв его, я вытащила карандаш для записей и тетрадь по математике, перевернув ее, чтобы записывать конспект с последней страницы и не перепутать потом записи.
— О чем я говорила? – продолжила вещание Шаровая Молния. – Ах, да, как мы знаем, Фольтрас был основан три века тому назад, чтобы у королевства был отпор увеличивающемуся количеству монстров, с которыми обычная армия уже не справлялась…
Эту лекцию я записывала на автомате, погруженная в свои мысли.
Мысли о том, что, быть может, не все потеряно. Мысли о возможных прозвищах, мысли о надвигающейся охоте, мысли о возможной команде и том, какую роль я могла бы выполнять в этой команде.
Мысли о том, что сегодня после занятий я пойду в тренажерный зал, в который не ходит никто, кроме самых неспособных студентов.
Мысли о том, что любые мои старания будут тщетны из-за того, что мне просто не повезло в тот день, когда я обрела свою магию.
Добавить комментарий